Первые интерпретации «И цзина» на Западе и в России

  • А.И. Кобзев Центр изучения русского языка, литературы и культуры Хэйлунцзянского университета,Харбин, 150080, р-н Наньган, ул. Сюэфу, д. 74; Институт востоковедения РАН,Москва, 107031, ул. Рождественка, д. 12; Московский физико-технический институт (Национальный исследовательский университет), Долгопрудный, 141701, Институтский пер., д. 9; Российский государственный гуманитарный университет, Москва, 125993, ГСП-3,Миусская площадь, д. 6.
Ключевые слова: «И цзин», «Чжоу и», «Канон перемен», «Книга перемен», Лейбниц, Г. (Т.) З. Байер, А.Л. Леонтьев, Н. Бодо, Ф. Кенэ, Фу-си, Сиф, Хэ-ту, В.П. Васильев, Таблица Менделеева, Ю.К. Щуцкий, К.Г. Юнг.

Аннотация

«И цзин» 易經 («Канон перемен»), или «Чжоу и» 周易 («Всеохватные цик­лические перемены [эпохи]Чжоу»), – «книга книг» китайской культуры, так­же претендующая на роль первоисточника двоичногосчисления, которое на Западе впервые описал Лейбниц, всегда интересовавшийся Китаем, знако­мый сдвоичным кодом триграмм и гексаграмм (гуа) «И цзина» и призна­вавший его мифического создателяимператора-первопредка Фу-си первоот­крывателем бинарной арифметики, а себя – вновь ее нашедшимчерез четыре тысячи лет. В настоящее время исторические данные не позволяют сделать точный выводо зависимости или независимости этого выдающего­ся открытия в Европе от китайского прототипа.Время проникновения на­чальных сведений об «И цзине» в Европу пока скрыто завесой тайны. От­сутствие сообщения о нем в книге Марко Поло – одна из ее загадок. При этом в средиземноморскомареале следы знакомства с ицзинистикой прогля­дывают в таких культурных явлениях, как астрология иалхимия, каббала и учение Раймонда Луллия, секстина и гексахорд. Начало европейскому изу­чению «Ицзина» положили миссионеры-иезуиты, прибывшие в Китай в конце XVI в. В их среде к концу XVII в.сформировалось целое направле­ние «ицзинистов», или «фигуралистов». Они усмотрели в «И цзине» ки­тайскую «Библию», воплощающую изначальное Божественное Откровение в форме каббалистических«фигур» гуа и являющуюся выражением общей, священной и допотопной «иероглифической науки»древнего мира, то есть «метафизики чисел, или общенаучного метода», «содержащего все другиезнания». По-видимому, первые в России сведения об «И цзине» в подобной интерпретации опубликовалГ. (Т.) З. Байер в 1730 г. на латыни. По-русски первичная информация о памятнике стала доступнойчитателю через полве­ка стараниями А.Л. Леонтьева. Инициатором обращения к «И цзину» он на­звалпосетившего Петербург в 1769 г. французского аббата, но не указал его имени. П.Е. Скачков вслед заВ.С. Колоколовым ошибочно идентифицировал его с А. Гобилем. Однако, скорее всего, им был Н. Бодо,проводивший в 1769 г. в Петербурге конфиденциальные переговоры с Екатериной II о ситуациив Польше. Видимо, взгляд на «И цзин» французских просветителей и фи­зиократов, выраженный Ф.Кенэ и донесенный Н. Бодо до А.Л. Леонтьева, побудил его связать канон с правительственнымиуказами империи Цин. В.П. Васильев высказал ряд оригинальных мыслей об «И цзине», которые, возможно, повлияли на создание его графической системы китайских иеро­глифов и ТаблицыМенделеева. Ю.К. Щуцкий, первым в России специально изучивший «И цзин» и написавший о немобширную монографию, стран­ным образом не обратил внимания на высказывания отечественныхпредше­ственников, но в своем новаторском подходе предвосхитил неомистицирую­щую юнгианскуютенденцию в его истолковании на Западе в XX в. Благодаря освященной мировыми авторитетамипсихологизации и эстетизации мантики «И цзина» после Второй мировой войны этот неомистицизмпроник в массо­вую культуру Запада, на новом уровне и в большем масштабе повторив на­чальный успех,подготовленный фигуралистами тремя веками раньше.

Скачивания

Данные скачивания пока недоступны.
Опубликован
2021-05-31
Как цитировать
Кобзев А. Первые интерпретации «И цзина» на Западе и в России // Вопросы философии. 2021. Т. № 5. С. 182–198.
Выпуск
Раздел
Философия Китая